Рады приветствовать Вас на ежедневно обновляемом Арт Блоге - все самое интересное, яркое, забавное, полезное из мира живописи, искусства. Картины, художники, гении, творческие личности все это у нас. Оставайтесь с нами будет интересно!

История Государственной Третьяковской галереи



Купец, коллекционер, меценат
Первые покупки художественных произведений, сделанные Павлом Третьяковым, относятся к середине 1850-х годов. На Сухаревке, где он покупал книги, 24-летний купец приобрел 11 графических листов. Через год у него появились картины, написанные маслом, в основном голландских мастеров. Позднее Третьяков отдал предпочтение русским художникам.

Еще в 1853 году появилось “Описание картинной галереи тайного советника Федора Ивановича Прянишникова”. Личное знакомство с этой коллекцией в 1856 году, посещение Эрмитажа в Петербурге и побудило Павла Михайловича к собирательству. На первых порах он покупал работы своих еще мало известных современников. Картина В.Г. Худякова “Стычка с финляндскими контрабандистами” (1853) одной из первых появилась у Третьякова в 1856 году. Это год и считается временем рождения Третьяковской галереи.

В 1860 году, впервые отправившись за границу по делам своего Торгового дома и для самообразования, Павел Михайлович Третьяков составил завещательное письмо. В нем были примечательные строки: “Капитал же сто пятьдесят тысяч р. серебром я завещаю на устройство в Москве художественного музеума или общественной картинной галереи [...]“. Подчиняясь именно этому желанию, он продолжал свою собирательскую деятельность. Один из старейших сотрудников основателя музея вспоминал, что Третьяков “определенно говорил: “Картины будут принадлежать всему народу”. И нам, служащим галереи, постоянно внушал, что мы охраняем и заботимся о народном достоянии”.

Павел Третьяков желал “собрать русскую школу, как она есть, в последовательном своем ходе”. “Я беру… только то, что нахожу нужным для полной картины нашей живописи”, – писал он в одном из писем Л.Н.Толстому.

Во время первого путешествия по Италии он знакомится с архитектором А.С. Каминским, который впоследствии стал мужем сестры Третьякова Софьи. Зная о произведениях К.П. Брюллова, находящихся в Италии, Третьяков просит приобрести у наследников археолога М. Ланчи его портрет. Так в 1860 году в коллекции появилась первая работа “великого Карла” “Портрет археолога М. Ланчи” (1851).

Со многими художниками Третьякова связывала искренняя дружба. Подчас покупка произведения определяла дальнейшую творческую судьбу мастера. Антиклерикальный настрой картины В.Г. Перова “Сельский крестный ход на Пасхе” (1861) не всем пришелся по вкусу. “Слухи носятся, – писал Третьякову художник В.Г. Худяков, – будто бы Вам от Священного Синода скоро сделают запрос: на каком основании Вы покупаете такие безнравственные картины и выставляете публично?” Павел Михайлович вынужден был дать властям подписку, что картина не будет выставляться на всеобщее обозрение. Но немало работ Перова позднее пополнили коллекцию.
Реалистическое направление живописи второй половины XIX века поднимало “больные вопросы” общества, которые волновали и Третьякова. Не случайно в собрании появились “Неравный брак” (1862) В.В. Пукирева, “Воспитанница” (1867) Н.В. Неврева, “Искушение” (1857) Н.Г.Шильдера, “Княжна Тараканова” (1864) К.Д. Флавицкого. Третьяков писал в своем завещании 1860 года:
“[…] капитал /8186 р./ и что вновь приобретется в торговле … прошу употребить на выдачу в замужество бедных невест, но за добропорядочных людей”.

“Третьяковская школа”

Современников восхищали природный ум и требовательный вкус Третьякова. Он покупал картины нередко вопреки мнению критики, запрету цензуры, давлению признанных авторитетов. Если работа оказывалась у Третьякова, то для художников это было равнозначно общественному признанию. Он пользовался особым доверием живописцев, ему первому они показывали свои новые произведения в мастерских или на выставках, часто накануне вернисажа.

История Третьяковской галереи неразрывно связана Товариществом передвижных художественных выставок, и именно передвижники представлены здесь наиболее полно. Созданное в 1870 году Товарищество объединило художников, тяготевших к реалистическому изображению событий, образов и характеров российской жизни и ее прошлого. Они были убеждены в том, что задачей искусства является служение “серьезным интересам народа”, и задумали знакомить со своим творчеством русскую провинцию. Третьяков разделял их убеждения, и в то же время морально и материально поддерживал художников. Во многом благодаря Третьякову передвижники смогли сохранить идейную и творческую самостоятельность. Один из западных критиков даже назвал эту “независимую группу художников”, “живописцев национального быта и нравов” – “Третьяковскою школой”.
Купец первой гильдии, имеющий льнопрядильную фабрику в Костроме и магазин на Ильинке в Москве, Третьяков самым усердным образом занимался собирательством, отдавая этому занятию много времени и сил.

На I-й выставке Товарищества передвижных художественных выставок, где экспонировалось 47 работ, Третьяков приобрел А.К. Саврасова “Грачи прилетели” (1871), Н.Н. Ге “Петр I допрашивает царевича Алексея в Петергофе” (1870). Полотно И.Н. Крамского “Христос в пустыне” (1872), купленное еще у него в мастерской, было представлено на 2-й передвижной выставке. О ней Третьяков говорил, что “это самая лучшая картина в нашей школе за последнее время”.

Национальная портретная галерея.

К концу 1860-х Третьяков задумал создать портретную галерею российских “писателей, композиторов и вообще деятелей по художественной части”. Она должна была стать музеем в музее – национальная портретная галерея в “общественном, всем доступном хранилище изящных искусств”. По всей видимости, Третьяков находился во власти “модной” просветительской идеи XIX века о важной роли личности в истории, получившей распространение после открытия в Лондоне Национальной портретной галереи в 1856 году. Собиратель сам заказывал художникам портреты, горячо интересовался их работой, тем самым помогая развитию этого жанра. Многие портреты Перова, Крамского, Репина, Ярошенко исполнялись если и не по прямому заказу Третьякова, то с заведомой ориентацией на его музей в музее. Таким образом сам основатель стоял у истоков уникального портретного собрания Галереи.

В 1872 году к П.М. Третьякову поступила целая серия написанных В.Г. Перовым портретов знаменитых писателей: А.Н. Островского (1871), Ф.М. Достоевского (1872), А.Н. Майкова (1872), М.П. Погодина (1872), В.И. Даля (1872), И.С. Тургенева. Они демонстрировались на выставках Товарищества в 1872–1873 годах.
В течение почти четырех лет Павлу Михайловичу пришлось добиваться того, чтобы Лев Толстой согласился позировать Крамскому. Наконец в 1973 году писатель уступил, но при условии, что художником будет написан и второй его портрет, который останется в семье. Крамской выполнил эту просьбу. Оба полотна вполне устроили заказчиков.

По просьбе Павла Михайловича Крамским был написан и погрудный портрет поэта Н.А. Некрасова, который в то время тяжело болел.
Через десять лет после женитьбы, в 1875 году, Павел Михайлович пожелал иметь портрет своей жены. Как всегда, предварительно велась длительная переписка с И.Н. Крамским. В результате история оставила нам два портрета Веры Николаевны Третьяковой работы Крамского 1876 и 1879 годов.

Но сам Павел Михайлович всегда категорически отказывался позировать художникам. Как-то он приболел и вынужден был оставаться дома. Тогда-то И.Н. Крамскому и удалось написать его портрет (1876). Второй портрет основателя Галереи создал И.Е. Репин в 1883 году. По словам дочери Александры, Третьяков “не хотел его и не заказывал. Репин делал его для себя. Павел Михайлович дал уговорить себя тем охотнее, что любил Илью Ефимовича [...], и с удовольствием приезжал позировать по воскресеньям. Было это в зиму 1881/82 [...]“.

Домашний музей

Семья Третьяковых переехала в Лаврушинский переулок в начале 1850-х и очень любила свой дом в Толмачах. Там жил до женитьбы Павел Михайлович с матерью, сестрами, семьей брата Сергея. Туда молодой женой пришла Вера Николаевна, там выросли все их дети, оттуда девочки вышли замуж.

Первоначально именно в доме размещалась коллекция П.М. Третьякова, но картин становилось все больше и больше. К 1972 году их насчитывалось более полутора сотен, и места в гостиной уже не хватало. Весной 1874 года для собрания было построено двухэтажное здание по проекту архитектора Александра Каминского (мужа сестры Третьякова). Оно примыкало к южной стене дома и располагалось в сторону соседней с их участком ограды церкви Святого Николая в Толмачах, захватив часть сада вокруг дома. Два зала соединялись внутренним переходом с жилой частью, но имели отдельный вход с улицы.

На первом этаже на перегородках были помещены работы старых мастеров, на стенах против окон – пейзажи С.Ф. Щедрина, Ф.М. Матвеева, М.И. Лебедева, М.Н. Воробьева. На втором этаже в высоком просторном зале находились работы современников – В.Г. Перова, В.И. Якоби, В.В. Пукирева, К.Д. Флавицкого и других.

Война и мир глазами художников

Самым крупным приобретением Третьякова (92000 рублей) была серия работ В.В. Верещагина. В 1872 году в мюнхенской мастерской художника Павел Михайлович увидел его Туркестанскую серию. Она произвела на собирателя огромное впечатление. Два года спустя Верещагин решил показать в Петербурге все полотна, созданные по материалам Туркестанского похода. Третьякову захотелось купить эту серию картин и подарить ее Московскому училищу живописи, ваяния и зодчества. Однако совет училища не принял дара из-за отсутствия необходимого помещения и за неимением средств для его постройки.

Тогда Павел Михайлович передал коллекцию Московскому обществу любителей художеств, но с условием, чтобы оно в течение трех ближайших лет нашло возможность для ее открытого показа. Общество не выполнило условия. Третьяков вернул в 1881 году этот свой первый дар городу Москве к себе в Галерею. К этому времени в собрании уже было 78 этюдов В.В. Верещагина, исполненных в Индии и приобретенных в 1880 году.

Нашли свое место в коллекции Павла Михайловича и нескольких картин Балканской серии В.В. Верещагина (“Шипка-Шейново. Скобелев под Шипкой” 1878–1879). 12 апреля 1877 года, в день объявления русско-турецкой войны, Вера Николаевна “молилась за столь дорогое начатое дело – освобождение славян от угнетения турок”. Третьяковы внимательно наблюдали за театром военных действий. Они восхищались В.В. Верещагиным и В.Д Поленовым, работавшими военными корреспондентами. После возвращения Поленова в Россию, когда тот поселился в Москве, Третьяков стал пристально следить за его творчеством и приобрел написанный в 1878 году “Московский дворик”.

…без различия рода и звания

Тягостные и печальные события 1881 года – смерть Ф.М. Достоевского, Н.Г. Рубинштейна, М.П. Мусоргского – сменились для Третьякова радостью, когда на 9-й передвижной выставке появилась картина В.И. Сурикова “Утро стрелецкой казни” (1881). Мощный талант 33-летнего художника привлекал Третьякова. В том же году Павел Михайлович решил открыть галерею для свободного посещения: “национально-художественная” и “историческая” галерея стала “публичною”. Собранию был придан статус настоящего музея. Юридически галерея оставалась частной, но любой человек, “без различия рода и звания”, мог бесплатно прийти сюда почти во все дни недели.

В 1882 году галерея снова расширилась, как и в первый раз за счет территории сада, окружавшего дом. Появились три новых зала наверху и столько же внизу – под углом к старому корпусу параллельно Малому Толмачевскому переулку. В нижних этажах были размещены Туркестанская серия и этюды из путешествия по Индии В.В. Верещагина. Картине “Утро стрелецкой казни” нашлось место в первом зале второго этажа новой пристройки. Там же оказались полотна А.К. Саврасова и других художников 1860–1870-х годов. Следующий зал посвятили произведениям И.Н. Крамского и Ф.А. Васильева. До конца жизни Третьякова экспозиция этого зала, так же как и развеска работ Верещагина в нижних, оставались неизменными.

В 1880-е годы к собранию прибавились выдающиеся произведения, составляющие и сегодня славу коллекции: “Портрет М.И. Лопухиной” (1797) кисти В.Л. Боровиковского, “Портрет Н.В. Кукольника” (1836) К.П. Брюллова, картины И.Е. Репина “Крестный ход в Курской губернии” (1880–1883) и “Царь Иван Васильевич Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года” (1885).

Еще три зала в верхнем этаже и пять в нижнем были пристроены в 1885 году. Это позволило несколько упорядочить экспозицию. В первый зал второго этажа новой пристройки были перенесены работы Н.А. Ярошенко, Н.Н. Ге. Далее – зал В.И. Сурикова с полотнами “Утро стрелецкой казни” (1881), “Меншиков в Березове” (1883), “Боярыня Морозова” (1887). Там же был расположен зал И.Е. Репина. На перегородках залов были выставлены пейзажи и среди них – работы И.И. Левитана. На первом этаже было выделено место для этюдов и эскизов А.А. Иванова (всего в коллекции насчитывалось более 70 его произведений). Благодаря своей прозорливости, Павел Михайлович еще в 1858 году приобрел “Портрет молодой женщины в повороте головы Иоанна Крестителя” и этюд “Лесная чаща при солнечном освещении” А.А. Иванова.

Дар открывать таланты

Требовалось недюжинное здоровье, чтобы ежегодно четыре раза ездить в Кострому на свою фабрику, не пропускать международные выставки в Европе, попадать вовремя на российские академические и передвижные выставки. Третьяков очень переживал, что “Бурлаки на Волге” (1870–1873, Государственный Русский музей) И.Е. Репина достались великому князю Владимиру, поэтому полотно “Иван Грозный и сын его Иван 16 ноября 1581 года” (1885) собиратель оставил за собой, еще не видя его на выставке. Эта картина тоже была запрещена властями к показу в собрании Третьякова, как когда-то “Сельский крестный ход на Пасхе” Перова, но спустя несколько месяцев запрет был отменен.

Для Третьякова вопрос, всегда ли удачными бывают его покупки, был болезненным. И.Е. Репин в письмах к собирателю подчас не одобрял его выбора. Можно только восхититься безошибочным “чутьем” Павла Михайловича, который вопреки мнению Репина, приобрел с ученической выставки картину еще никому неизвестного 18-летнего И.И. Левитана “Осенний день. Сокольники” (1879).

Непредвзятость, способность принять новые веяния в искусстве отличали его от современников, признававших только передвижников. Он сумел оценить 23-летнего В.А. Серова и его “Девушку, освещенную солнцем” (1888), хотя некоторые художники отзывались об этой картине чрезвычайно резко.

Подобное повторилось и при покупке работ М.В. Нестерова “Пустынник” (1888–1889) и “Видение отроку Варфоломею” (1889–1890). И именно вопреки мнению некоторых “ценителей” появилась в Галерее картина И.И. Левитана “После дождя. Плес” (1889).

В 1892 году в верхнем этаже прибавились два больших и один маленький залы, а внизу три небольших. В них экспонировались в основном произведения конца 1880-х годов и работы 1890-х по мере их поступления: картины С.А. и К.А. Коровиных, “Девушка, освещенная солнцем” (1888) В.А. Серова. Здесь были сосредоточены наиболее значительные работы И.И. Левитана – “Владимирка” (1892, подарок автора), два монументальных пейзажа “У омута” (1892), “Над вечным покоем” (1894) и эскиз к этой картине (самое последнее приобретение Третьякова). Над лестницей, ведущей вниз, во всю длину был помещен фриз В.М. Васнецова “Радость праведных о Господе. Преддверие рая” (1885–1896).
Рост собрания постоянно превосходил экспозиционные возможности галереи. Поэтому работы Ф.А Малявина “подвешивались” в зал И.И. Шишкина, И.К. Айвазовского и А.И. Куинджи. При этом значительным достижением следует считать организацию монографических залов. Они были предоставлены картинам особенно любимых мастеров – И.Н. Крамского, В.Д. Поленова, В.В. Верещагина, И.Е. Репина.

Для тех кому интересны GPS-навигаторы, КПК, mp3 и медиа-плееры есть отличный сайт

Tags:

Comments are closed.



 
Rambler's Top100 Arts.In.UA Интернет магазин картин