Рады приветствовать Вас на ежедневно обновляемом Арт Блоге - все самое интересное, яркое, забавное, полезное из мира живописи, искусства. Картины, художники, гении, творческие личности все это у нас. Оставайтесь с нами будет интересно!

Про Дягилева



С миру по экспонату – именно так собирали выставку, посвященную 100-летию «Русских сезонов» Дягилева. Русский музей одолжил портрет Шаляпина в образе Бориса Годунова, Национальный музей Монако – коллекцию костюмов. Пуанты Карсавиной вообще нашли на лондонской помойке и привезли в Москву. Мария Критская ходила по выставке и в творениях великих мастеров видела только одного мастера – того, кто заставил их всех работать на одно дело – русский балет.

Удивительный человек был Сергей Дягилев. Он умудрился собрать вокруг себя самых выдающихся мастеров эпохи. Нужна афиша – Жан Кокто к его услугам. Эскизы декораций и костюмов – Леон Бакст почтет за честь. Музыку к балету написать – Игорь Стравинский рядом. Хореографией с удовольствием займется Георгий Баланчивадзе. Он даже имя по совету Дягилева изменил на западный манер, и мир узнал Джорджа Баланчина. На выставке «Видение танца» – история успеха импресарио, который не был профессионалом от искусства, но изменил ход его истории.

«Когда Дягилеву было 25 лет он так о себе сказал: во-первых, я большой шарлатан, хотя и с блеском, во-вторых, большой шармёр, в-третьих, нахал, в-четвертых, человек с большим количеством логики и малым количеством принципов, в-пятых, кажется, нашел свое настоящее призвание – меценатство», – рассказала историк балета Светлана Потемкина.

Наверное, ни об одном представителе русского искусства не написано так много, как о Дягилеве. О его знаменитых «Русских сезонах» сказано еще больше. Но никакие воспоминания не могут передать того, что так всколыхнуло Старый и Новый Свет 100 лет назад. Сам Дягилев потомков обделил: он не разрешал снимать свои спектакли. Считал, что кинопленка сохранит лишь их призрачный след.

«На выставках Дягилева обычно представляют эскизами костюмов и декораций. Наша задача – создать действо театрального масштаба, которое бы позволило зрителю разных слоев представить, как это было на самом деле», – сказала куратор выставки Ирина Шуманова.

Над созданием этого действа трудились около 20 музеев и частных коллекционеров из разных стран. Более полутысячи экспонатов – от пуантов Тамары Карсавиной и кинозаписи ее экзерсиса до портрета Федора Шаляпина, от афиши к первым спектаклям в парижском театре «Шатле» до эскизов несбывшейся мечты Дягилева – балета «Литургия».

Центральный экспонат выставки – занавес к балету Брониславы Нижинской «Голубой экспресс» – прибыл из музея Виктории и Альберта в Лондоне. Это самое большое полотно, когда-либо выставлявшееся в Третьяковской галерее. Его размер – 10 на 12 метров, вес – 350 килограммов. Но самое интересное – авторство: занавес был выполнен по эскизам одного из величайших художников Пабло Пикассо.

Дягилев умел увлекать. Современники утверждали: отказать ему было невозможно. Единственный человек, который сумел противостоять его напору, Василий Суриков – он просто не открывал Дягилеву дверь. Мастера, которые с ним работали в театре, во многом определили облик изобразительного искусства 20 века: Ларионов, Бенуа, Гончарова, Рерих. Анри Матисс вручную расписывал костюмы для его балета «Соловей». Эти раритеты – среди полусотни подлинных костюмов для «Русских балетов».

«Его балеты – синтез искусств, где каждый – и композиторы, и музыканты, и хореографы, и танцовщики, и художники внес свой вклад», – сказала организатор выставки Александра Харитонова.

Однажды, когда имя Сергея Дягилева уже гремело на весь мир, испанский король его спросил: «Вы не танцуете, не поете, не сочиняете музыку, чем же Вы занимаетесь?». Тот уверенно ответил: «Ваше Величество, я – как Вы. Я ничего не делаю, но без меня нельзя».

«Может быть, это легенда, но она переходит из одного издания в другое, при этом Дягилев очень точно определил свою функцию внутри антрепризы. Без него действительно было нельзя. У него был прекрасный глаз, он хорошо разбирался в живописи, чему посвятил достаточное количество лет перед балетными сезонами», – рассказала Шуманова.

Художественное объединение «Мир искусства» и одноименный журнал, грандиозная выставка в Париже в 1906 году – он открыл миру богатейшую историю русской культуры. От древней иконописи до будущих представителей авангарда. А когда обратился к театру, произвел не только фурор, но и революцию исторического масштаба.

«Он вернул Европе классический балет: в конце 19 века он практически перестал существовать (его сменили различные более легкие жанры – кабаре, варьете). То, что Дягилеву удалось сделать в начале 20 века не только потрясло зрителя, но и изменило ход истории балета», – сказала Потемкина.

Великий стратег требовал от хореографов выйти за рамки академического балета. Во главу угла Дягилев ставил новаторство. Фокин и Нижинский, Мясин и Баланчин были смелыми экспериментаторами. Они создавали новую эстетику танца вместе с композиторами-импрессионистами Дебюсси и Равелем, художниками-авангардистами Гончаровой и Ларионовым.

«Только благодаря Дягилеву на Западе сохранилась традиция настоящего балета со всеми его художественными изысками. Королевский балет в Лондоне просто обязан сказать Дягилеву «спасибо». Приехав в Москву, я вижу, что Дягилева здесь ценят, поэтому, можно сказать, что его душа жива и в России, и на Западе», – отметил коллекционер, исследователь жизни Сергея Дягилева Джулиан Барран (Великобритания).

Балеты «Половецкие пляски», «Павильон Армиды», «Пир» подарили европейцам новых кумиров — Павлову и Карсавину, Нижинского и Лифаря. Спектакли «Петрушка», «Жар-птица», «Весна священная» зажгли моду на все русское. Западные танцовщики брали русские псевдонимы, модники шили одежду по мотивам русских национальных костюмов.

«Неслучайно дягилевские балеты до сих пор идут на сценах мира. Это лучшая проверка. «Свадебка», «Весна священная», «Жар-птица» до сих пор поражают так же, как во времена Дягилева», – считает куратор выставки.

«Если говорить откровенно о попытках реконструировать его балеты, сам Дягилев не одобрил бы это. Для него главным в постановках были инновация и разнообразие. Каждый сезон он обязательно преподносил какой-нибудь сюрприз, он умел удивлять. Он всегда был в авангарде, никогда не оглядывался назад и смотрел только вперед. Это, пожалуй, наиважнейшее его качество», – говорит Барран.

Но это не избавило его и от сокрушительных поражений. Хотя были они на самом деле поражениями или хорошо продуманными рекламными кампаниями, не берутся судить даже исследователи его жизни. Очевидно одно: балеты Дягилева опережали время. Одна из таких постановок, представленных на выставке, – сюрреалистический балет на музыку Эрика Сати «Парад», автор костюмов – Пабло Пикассо. Спектакль «Литургия» – апогей авангардной мысли Дягилева. Он отражает тему нереализованных идей. Что это могло бы быть, остается гадать у эскизов Натальи Гончаровой. Известно лишь, что сценой должен был стать православный храм в Женеве.

«Костюмы к этому балету были задуманы, как некие жесткие конструкции из металла, дерева и картона, которые одевались на актера как коробка. Хореография этого балета была построена только на выразительном движении рук и головы», – рассказала Ирина Шуманова.

На заре карьеры в одном из первых номеров журнала «Мир искусства» Дягилев писал: «Произведение важно не само по себе, а лишь как выражение личности творца».

«Фактически, он изобрел профессию импресарио. Для него не было ничего невозможного, ничего слишком сложного. Он умел очаровывать людей и объединять их на служение идее, планировать работу и решать финансовые проблемы, великолепно составлял программы вечеров и сезонов, разрабатывал рекламные кампании, да еще был идеологом постановок. Он был невероятен, настоящий созидатель», – говорит Джулиан Барран.

20 лет «Русских сезонов» закончились со смертью Дягилева. Его труппа разбилась, как хрустальный бокал, разлетевшись множеством осколков по всему миру. Джордж Баланчин уехал в Штаты, где основал Школу американского балета. Сергей Лифарь возглавил труппу «Гранд-опера» и долгие годы был самой влиятельной фигурой французского балета. Великая Нинет де Валуа создала в Лондоне «Вик-Уэллс балле», который теперь знаменит как Английский королевский балет. Во всем мире влияния Дягилева не испытал только Датский королевский балет, сохранивший верность своим академическим традициям. На всем остальном, благодаря Сергею Дягилеву, можно смело ставить печать – родом из России.

Наш бизнес срочная доставка цветов по Москве и он очень востребован.

Comments are closed.



 
Rambler's Top100 Arts.In.UA Интернет магазин картин